Современная проза: романы, повести, рассказы...

Продирающий горло сладкий почти приторный желтоватый дым вьющимся султаном поднялся над съежившимся комком прогоревшей газеты и он закашлявшись закрыл глаза черный невесомый рулон с тихим шорохом переливающихся по распадающейся поверхности мимолетных красных огоньков скатился по гладкой серой глазури раковины к сливному отверстию оставляя за собой светло-коричневый тягучий след теплого дегтя он открыл глаза посмотрел в узкое зеркало над раковиной на серое исхудавшее лицо в короткой и жесткой щетине на крутом раздвоенном подбородке

и решил побриться нет он не нравился самому себе но это не было для него откровением потому что с некоторых пор внешний вид мало тяготил его сознание и уж тем более воображение просто в последнее время многое стало для него безразличным особенно внешние проявления он скорее стремился услышать в дымном мареве повседневности хоть какой-нибудь внутренний пусть тонкий пусть хриплый голос или всхлип но полное безмолвие царило в его душе именно безмолвие а не пустота как будто что-то безмерно большое и неотвратимое должно было вскипеть забурлить разлиться бурным потоком он боялся этого но в то же время с тихой радостью замирал при робком движении заворожившего его безмолвия струя горячей воды с клекотом вырвавшаяся из изогнутого никелированного крана разметала по раковине невесомый

пепел и его обломки смешиваясь с медленными пенящимися подтеками мыльной пенки исчезали в свистящей черноте рассеченного пластмассовым крестом стока намокший не сгоревший уголок газеты прилипший к раковине привлек его внимание и щуря близорукие серые с коричневыми прожилками глаза он низко нагнулся чтобы прочитать его это был обрывок коротких частных объявлений куплю трехколесный велосипед для взрослых звонить после 19.00 по телефону 249 17 49 куплю шарманку требующую ремонта спросить Михаила Сергеевича телефон 233 18 30 продаю дельтаплан «Атлас» производство Франция каминные часы «Рококо» и ватные штаны 52-го размера Раиса Максимовна телефон 438 45 11 пропал зеленый говорящий попугай телефон 181 35 35 Сережа 14 сентября 1984 года при проезде в такси по маршруту «Шереметьево-1 - Внуково» забыта дамская сумочка с документами на имя Широкого Юрия Самуиловича телефон в редакции разобрать название газеты он не смог

огонь съел его оставив лишь странный слог «ква» набранный крупным жирным шрифтом отлично полный набор и часы и ватные штаны и велосипед а самое замечательное дельтаплан тут он вспомнил старый анекдот про пятнадцать тысяч листов фанеры и закричал в полный голос оглушив не только соседей за тонкой перегородкой но и самого себя на нашу прибыль мы должны построить дельтаплан и улететь отсюда не скажу куда военная тайна ура товарищи с новым Вас 1988 годом новых великолепных и беспримерных свершений бом бом бом он вообразил себя башенными часами чокнулся граненым стаканом с мыльной пенкой со своим почти выбритым изображением

в зазеркалье стер с лица остатки мыльной пенки оранжевым махровым полотенцем саблезубо улыбнулся напоследок и вышел из ванной очутившись в коридоре невыносимо освещенном

унылой лампочкой он вдруг подумал о том зачем все-таки сжег газету но не нашел сколько-нибудь приемлемого или удобоваримого ответа махнул рукой и скрылся за белой дверью комнаты залитой утренним солнцем кто этот человек по всей видимости он и сам никогда не сможет рассказать и уж тем объяснить кто он я не знаю точно

сколько мне лет но это не важно кто-то недавно сказал про меня посмотрите на его лицо на его горящие глаза на пересохшие растрескавшиеся губы он обуглился изнутри наверное с каждым человеком случается нечто подобное и мне кажется что со мной такое не в последний раз но может быть я слишком самонадеян ночью трамвай остановился на набережной темной узкой реки все погрузилось в тишину будто время остановилось черный сгусток тьмы лежал на чугунном парапете и казалось что это труп убитого где-то далеко родился бархатный обволакивающий голос Джо Дассена который тосковал о невосполнимой потере лета ее глаза просачиваясь сквозь тонкие невесомые волосы тускло мерцали под черным звездным небом покачиваясь вместе с порывами ночного ветра приносящего осеннюю прохладу стынущего моря вчера я встретил одного человека Господи прости с сатанинскими глазами он заворожил меня своими рассказами говорил что лично знал Шекспира и видел как тот играл в домашнем халате

призрака в «Гамлете» и очень сетовал на смуглянку из сонетов она будто бы изменила Уиллу с его другом причем нагло и в открытую и добавил что не все трагедии дошли до нас что Шекспир написал еще десяток но один придурок сжег их в порыве религиозного экстаза ацтеки майя остров Пасхи все они настоящая земная цивилизация вернее обломок от нее они встретили Учителей 30 тысяч лет назад как Богов эти люди существовали отдельно от Евразии и наверное были счастливы но Земля оказалась для людей слишком маленькой и начались завоевания закончившиеся страшным обращением в свою веру и превратилась наша планета в скопище дерущихся людей каждый стремился утвердить или отстоять свои идеалы серое пасмурное широченное небо зажатое рамой окна свет втекает в комнату но в углах сумеречно и холодно ее обнаженное тело лежащее на атласной простыне сливалось с небом оно было огромно лишь вьющиеся золотистые волоски неприкаянного лона что-то тихо

нашептывали Ты и целый мир утро наступило и был день обыкновенный пасмурный день иногда я задумываюсь над тем почему я чувствую себя намного лучше именно в пасмурные и дождливые казалось бы грустные дни я не раз замечал что в такие дни все видно более отчетливо и резко и вот я стою на ветреном балконе смотрю в даль и вижу жизнь она как бы вне меня я отделен и одинок я стою неподвижно и смотрю на поблескивающую рельсами железную дорогу шоссе с несущимися по нему автомобилями на далекий лес на людей куда-то безоглядно спешащих и чувствую время остановилось все стало

вокруг четким и ясным ни грусти ни радости мироздание открылось девушка была похожа на беззащитного наивного ребенка но всходила луна и она преображалась ее гибкие тонкие пальцы извивались прикасаясь к гладкой коже ее голос пронзая пелену черных облаков напоминал пронзительный голос изнемогающей от любви кошки они лежали в небольшой ложбине на вершине горы и под ними простиралось огромное свободное пространство от парящей тишины

ломило уши далекое сильно штормившее море долетало до вершины ласковым шепотом бормочущим нежные глупости а по поляне между небом и морем среди корявых и колючих деревьев метались одинокие и обнаженные фигурки людей

они были над миром они парили мы никогда не будем счастливы потому что никогда не будем только вдвоем можно наглядно представить обозначения слова «путь» конкретное обыкновенная дорога то есть физическое преодоление пространства и путь жизненный долго очень долго

идет по каменистой раскаленной солнцем дороге человек он истощен и вся усталость этого долгого и казалось бы безнадежного пути пронизывает насквозь воспаленное тело красно-белый монастырь с золотыми куполами отразившись расплескался в холодной зарябившей от зябкого ветра воде он стоит далеко от широкой и мутной реки и не может отражаться в ней

сверхъестественное мистическое божественное скрипка грустна и тревожна а рояль словно обрушился мост душа моя тревожна и грустна а на поверхности мутной и блеклой воды безудержный поток жизни ужасно иду по мосту утро и вдруг понимаю что не смогу прекратить жизнь насильственным способом мешает воображение в самоубийстве нет ни начала ни конца красоты нет гармонии с природой и миром в душе небо утратило солнечный свет и тихо окрасилось озарилось изумрудным цветом

постепенно погружаясь в беспредельную синеву разгорелись фонари пролетели мимо слепящие фары автомобилей он стоял на мосту и спокойно с тихим восторгом смотрел на мерцающий разноцветными огоньками вокзал к нему тянулись переплетающиеся стальные полосы лицо его вдруг зажглось белым светом к нему медленно в нарастающем перестуке колес двинулся поезд белый свет смыл черты его лица и он исчез во вспышке света и ветра и вдруг все погасло мелькнув на мгновение он исчез в окутавшей его мгле ночи мимо проплывали вагоны с тускло светящимися окнами ему с трудом удалось различить название поезда «Северная Пальмира» давным-давно в его жизни уже был поезд с таким названием с горного перевала он казался игрушечным на узкой ленте вьющейся между чернеющими горами и уходящим за горизонт морем также светились окна также извивались вагоны на рельсах в том поезде растаяла его надежда на первую и вечную любовь полыхнув напоследок красным всполохом обжигающего огня из открытого окна несколько дней он удрученный и раздавленный потерей искал обломки испепелившего его чувства но ничего не находил да и вряд ли можно так просто отыскать огонь первозданную стихию повергающую вся и всех в незыблемую вечность и сейчас как все двадцать лет проведенных

в одиночестве этот маленький скукожившийся

душою человек вспомнил шелест моря где-то внизу под отвесным обрывом рассыпающейся горы

черные крючковатые деревья ослепительный блеск луны пушистые волосы влажные подрагивающие ладони ее рук вскрик сотни капель срываются с черных листьев летят вниз и ее лицо загорается бриллиантовой россыпью запах лица рук шеи умиротворяющий запах тепла столько лет неотступно преследовал его и если запах вдруг пропадал он судорожно бросался на его поиски но не находил были похожие запахи но только похожие и он убегал прочь ему казалось что пройдет всего несколько коротких и быстротечных лет и они встретятся там на крутом обрыве у разбивающегося о камни моря и повторят нет ощутят с невыносимой силой все то что унес поезд с красивым но холодным названием «Северная Пальмира» мелькнули красные огоньки последнего вагона затихли рельсы поезд прошел мимо и он вдруг понял это в последний раз подъезд забор и кирпичная стена двухэтажного облезлого дома школьный двор трое мальчишек склонились над кучей опавших листьев

они зачарованы вдруг один из них тот что поменьше ростом в синей вязаной шапочке до белесых бровей и серебристой куртке резко нагибается хватает охапку листьев и подбрасывает их вверх

смех пронзительный солнечный луч делает этот дождь золотым

пасмурный неказистый день пошел первый снег во дворе остановился грязный обшарпанный грузовик и трое мальчишек с мужчиной в фиолетовом халате охапками забрасывают хрупкое подернутое сладковатым запахом тления золото в раскрывшийся влажный зев кузова почему

шуршит снег потому что у снежинок крылышки ломаются он шел по переулку и неожиданно увидел позеленевшую спину Гоголя а вокруг разноцветные ржавые строительные леса и пустые раскачивающиеся качели ему вдруг показалось что жить в городе невозможно даже тогда когда стараешься устраниться спрятаться от общей круговерти тихий переулок кажется островком нездешней жизни потеряв из виду бурлящий вскипающий людской поток человек вдруг начинает осознавать происходящее его воспаленные мозги остывают но тишина кончается он выходит на улицу и мозг в последний раз озаряется безмолвным видением освещенный свечами зал над ним громадный

сводчатый купол таинственный шепот ожидания церемонии в белом развевающемся платье усыпанном жемчугом с алмазной диадемой на голове в зал входит Королева позади нее двенадцать рыцарей закованных в блестящие доспехи все очарованы неземной красотой этой женщины и не слышат оглушительного лязга железных панцирей сопровождающего чудесное явление Королева воцаряется на каменный поблескивающий трон и поднимает левую руку свет гаснет

осень была какая-то порывистая шел пушистый неторопливый снег а через мгновение сияло солнце и снова шел снег ветер раскручивал на небе странные почти мистические и пугающие сюжеты когда я поднимался вверх по переулку

он тускло блестел лужицами растаявшего снега серость дня отпечаталась даже на домах превратившихся в темно-серые громады нависшие над переулком и вдруг ветер ударил в лицо пытаясь сбить меня с ног но его проделка не удалась и тогда он с остервенением набросился на облака быстро расправился с ними и переулок засиял золотом и ослепил меня

дома расправили сгорбленные плечи и открылось широкое блистающее небо когда я открыл глаза дома снова сгорбились вдруг стало тяжело дышать и в следующее мгновение я увидел черного кота сидевшего на верхнем багажнике голубого перламутрового автомобиля он пристально смотрел на меня и мне показалось что он критически оценивает меня с головы до ног а затем с упорством циничного нахала принялся рассматривать мое лицо и чем ближе я подходил к машине тем больше был уверен в том что мы давно знакомы и оба пытаемся вспомнить где же мы в последний раз виделись он вспомнил первым и торжествующе заулыбался это всегда приходит неожиданно вдруг

затоскуешь замаешься на одном месте все начинает валиться из рук ни с кем не хочется разговаривать только чувствуешь что где-то внутри тебя зреет что-то большое до конца неосознанное нужно только вырваться из кажущегося замкнутого круга одиночество в такие минуты особенно остро но не тяготит чаще всего это происходит осенью и никогда весной беспрерывно мерещится осеннее море зябкая бушующая вода пронизывающее тело купание и истязание плоти в пустынных и одиноких но вечных горах и рождается чувство полета обескураживающего

полета последнего и единственного когда-нибудь я уеду к морю умирать самое главное в профессии палача это уничтожить человека духовно заставить его презирать самого себя всю оставшуюся жизнь до самой смерти из таких вот духовно растоптанных людей и формируется безропотное стадо которым так легко и приятно повелевать нужно скоротить путь подумал я и нырнул

встреча произошла через двенадцать лет он не знал что толкнуло его взглянуть на этот почти стершийся в памяти обрыв он долго смотрел на лунную дорожку в море не думая ни о чем но вдруг хрустнул куст и она спросила Это ты

Да

прошептал он утром рано мимо них прошли пограничники не заметившие их сплетенные капельками моря тела она вдруг отпрянула от него посмотрела в его блуждающие глаза встала надела черную короткую юбку отряхнула ее от каменной пыли и кусочков сухих водорослей и медленно проговорила что я скажу мужу а разве сейчас это важно

глупости болтаешь ты все прекрасно понимаешь ненавидяще бросила она и пошла по грохочущим камням я ждал этого двенадцать лет я не говорю о близости я ждал свою душу прощай она не повернулась и ему долго казалось что глухой ускользающий стук рассыпающихся камней возвращает ее шаги

надо скоротить путь подумал я и нырнул в ближайший проходной двор с привычным сочетанием несочетаемого старый особняк в тени высотного параллелепипеда обойдя громадную лужу я стремился быстрее укрыться в тени старых деревьев и вдруг ощутил боковым зрением что кто-то меня сопровождает и застыл облизывая пересохшие губы вдоль бетонного забора стояли обломки больших стекол и меня в упор рассматривал немолодой но и не старый человек с глубокими залысинами в серых скомканных волосах обрюзгший на толстеньких ногах в истертых дранных на коленях джинсах человек подошел ближе и стал пристально рассматривать незнакомца но внезапно нагнулся схватил кирпич размахнулся и с остервенением бросил его разняв зажмуренные веки растерянный человек никого не увидел у забора поблескивали на солнце разбитые стекла он пожал плечами и заспешил от дождя к облезлой зеленой скамейке

под пожелтевшей старой сдвоенной липой сначала было мироздание миросозерцание проросло в мировоззрение мировоззрение растворилось в мироздании

В такие дни он возвращался домой на одном самолюбии.